В эпицентре ада

В эпицентре ада - http://www.s-vesti.ru/
Фото: www.s-vesti.ru
Анатолий Маленко родился 6 ноября 1936 года в деревне Гюновка Больше-Белозерского района Запорожской области. В деревне было 500 домов, проживало 2800 жителей, и во время Великой Отечественной войны она длительное время находилась в эпицентре сражений.

Мать Анатолия работала в колхозе. Дважды была замужем. Второй муж ушел на фронт и погиб в августе 1944 года под Варшавой. Во время войны их семья проживала впятером: мама Анатолия, его бабушка, брат (1940 г.) и сестра (1941 г.).

Немцы зашли в Гюновку в августе 1941 года. Долго не задержались, два-три дня отдохнули и двинулись на Восток, вместе с линией фронта. Однако успели за это время набедокурить - вырезать кур, свиней, коров. Разводили костры, устраивали кухни, чревоугодничали. За этот короткий срок в деревне все опустело.

- Местных, - с горечью вспоминает Анатолий Маленко, - немцы за людей не считали. На меня, ребенка, в пьяном виде наставляли автомат. Проявляли бескультурье. Когда они ушли, остался комендант, группа из пяти солдат, да из местных набрали дюжину полицаев. Они порой били нас, к ним сохранилось презрение.

Под оккупацией Гюновка находилась более двух лет. После поражения фашистов в Курской битве в июле 1943 года началось наступление Красной армии на Донбасс, освобождение левобережной Украины, где Маленко и жили.

Когда немцы начали отступление, командование издало указ угонять в Германию трудоспособное население, забирать скот, лошадей, продовольствие, сжигать дома. Вместе с остальными в сентябре 1943 г. фашисты увезли в Германию и 14-летнюю Толину тетю, мамину сестру (в 1945 г. она вернулась домой). В деревне осталась только зондеркоманда из 10-12 человек для уничтожения поселка, которая успела сжечь школу, ветряную мельницу, колхозные постройки.

- Когда они уже собрались перейти к домам, - продолжает Анатолий Маленко , - то одной «радушной» хозяйке удалось их пригласить в свою хату. Дорогие, мол, гости, прежде чем вы приступите к вашим обязанностям, угоститесь, перекусите. Накрыла стол, на котором оказались, среди прочего, шнапс, водка - немцы это любили. Они напились, одни уснули, другие шатались. Возможно, хозяйка даже им что-то подсыпала. В любом случае, в таком виде жечь дома фашисты уже не могли, в результате чего деревня осталась целой. В это время наша передовая разведка зашла в деревню, где ей указали на пьяную зондеркоманду. Фашистов арестовали, руководителей потом повесили на лопастях ветряной мельницы.

Отступая, немцы создали очень мощный оборонительный рубеж, проходивший по Днепру, так называемый Восточный вал. Там оборонялось порядка 10 дивизий, а линия обороны проходила, по сути, через Гюновку:

- Первая линия обороны проходила на расстоянии 1,5-2,5 км (в зависимости от рельефа) от нашей деревни, которая находилась на второй линии. Третья - в 15 км от нас, в райцентре Белозерка. Там же был штаб командующего 3-й армией. Ожесточенные бои тут шли 3,5 месяца, начиная с сентября 1943 г. На наш участок – от Никополя до Мелитополя - было брошено 5 немецких дивизий. Это колоссальное число войск. Каждые 5-6 дней происходили попытки прорвать оборону - их предпринимали то наши, то немцы.

Жители даже научились определять, кто именно собирается в прорыв. Если это были фашисты, то предварительно в небо поднимались «рамы» – самолеты-разведчики. Если наши – в деревне появлялись новые подразделения солдат, которые отдыхали, обедали, грелись в палатках. Во время прорыва становилось просто невыносимо. Предварительно осуществлялась артподготовка, бомбежка. Немцы любили психологически воздействовать: врубали мощные шумовые сигналы, сбрасывали какие-то бочки. В небе проходили невероятные воздушные бои, в которых с обеих сторон было задействовано по 150-200 самолетов. Когда начиналась вся эта заваруха, Толина мама прятала детей в глубоком пятиметровом подполье, где была устроена постель, светила дежурная свеча. Еще в октябре в Гюновке, кстати, была открыта школа, но когда начинался налет, занятия прекращались. Ни чернил, ни бумаги тогда не было – писали на газетах, чернила делали, выдавливая сок травы.

После попыток прорыва наступало затишье, обе стороны бросались собирать раненых. На ферме рядом с деревней стояло несколько зданий, в одном из которых размещался взвод санитарных собаководов – санитары, собаки и повозки на колесах для сбора раненых. Медики после боя ехали на передовую (примерно 2,5 км), грузили раненых на повозки и везли в деревню. Напротив Толиного дома расположились палатки, в одной из которых работали хирурги, в другой располагалась перевязочная. Прочие здания предназначались для раненых, а также убитых.

- В трехстах метрах от этого места находилось кладбище, - продолжает вспоминать Анатолий Васильевич. - Солдаты рыли большие ямы, примерно 10х5 метров, в которых хоронили убитых штабелями. Сначала один слой, затем его чем-нибудь накрывали - и следующий слой. Всего их было три. В таком захоронении находилось порядка 100-120 человек. В нашей деревне потом были установлены два памятника, на одном из них пофамильно записаны 860 человек – жителей деревни, на другом – инициалы 1800 солдат.

Мы, дети, тогда все знали, всем интересовались. При этом старались оказывать всяческую помощь: носили воду для лошадей, дрова, помогали по кухне, при операциях носили бинты, рыли могилы. Было и такое, что ходили даже выбрасывать отрезанные части тела. Когда начинались воздушные бои, знали, что для нас они не очень опасны. Облепляли крыши, деревья и наблюдали. Мимо нашей деревни также пролетали американские самолеты, по 150 штук враз, их мы узнавали по шуму моторов – гул в ушах стоял страшный. Они летели из-за границы, где-то сбрасывали бомбы и садились уже в СССР.

Только в декабре 1943 года фронт из деревни, наконец, ушел, сдвинулся на Запад - к тому времени уже и Киев был взят.

Судьба Анатолия Маленко после войны сложилась достаточно интересно. После школы он окончил Запорожский гидроэнерготехникум. Практиковался на Каховской и Иркутской ГЭС, строил в Донецке доменную печь, убирал в Казахстане рекордный урожай пшена. Затем – три года службы на Балтийском флоте, Ленинградское высшее военно-морское училище. Наконец, в 1964 году Анатолий оказался на Кольском Севере, где служил на эсминце «Опасном», ракетном крейсере «Адмирал Зозуля». Получил звание капитана 2-го ранга, орден Красной Звезды. А в декабре 1987 года уволился в запас.

Затем еще почти 20 лет Анатолий Васильевич работал в качестве заместителя главного инженера, а также в отделе снабжения Североморских теплосетей. И ныне, в свои 83 года, наш герой трудится не покладая рук в должности начальника электрохозяйства причального фронта Морской инженерной службы. В жизни Анатолия Маленко было много всего замечательного, но именно война навсегда осталась в памяти самым ярким и одновременно самым горьким воспоминаем.

Игорь ГЛУЦКИЙ.
Фото из альбома Анатолия МАЛЕНКО.

 
По теме
В Мурманской области в ДТП попал браконьер - Вечерний Мурманск Вчера, 23 ноября, в Мурманске сотрудники Пограничного управления ФСБ России по западному арктическому району обнаружили водителя, который перевозил незаконно добытого краба.
Вечерний Мурманск
Контроль за соблюдением ограничений по COVID-19 призвали ужесточить в регионах - Мурманский вестник Фото: РИА Новости / Алексей Мальгавко Глава Роспотребнадзора Анна Попова на заседании координационного совета по борьбе с коронавирусом призвала усилить контроль за принятыми в регионах мерами по борьбе с распростране
Мурманский вестник
Волонтеры ММТП стали победителями конкурса «Чемпионы добрых дел» - ИА B-Port.Com В конкурсе «Чемпионы добрых дел – 2020» оценивались добровольческие проекты, которые реализуются в компаниях год или более В Москве определили победителей Всероссийского конкурса «Чемпионы добрых дел – 2020».
ИА B-Port.Com
В Мурманске офицеры СК России поздравили ветерана следственных органов с юбилеем - Следственный комитет Фото СУ СК России по Мурманской области В следственном управлении СК России по Мурманской области в преддверии памятной даты – Дня образования единого следственного подразделения – следственного отдела ВЧК в центральн
Следственный комитет